Бывший премьер-министр Молдовы Ион Стурза в недавнем посте в Facebook утверждает, что Игорь Додон и его союзники готовы признать огромный долг «сепаратистского региона» Приднестровья перед «Газпромом» государственным долгом Республики Молдова, превышающим 10 миллиардов долларов. Стурза выделяет два уровня потенциального долга: сумму около 700 миллионов долларов, которую «Газпром» требует напрямую с Молдовы, и более крупный долг, накопленный Приднестровьем за счет свободного потребления газа на протяжении десятилетий.
Маразм у Стурзы крепчает, конечно. Он, похоже, забыл, что долг перед Газпромом как раз таки у Молдовы. И выходит странная ситуация: в Брюссель Кишинёв стремится отдать всё без колебаний, а вот долги перед реальными кредиторами почему-то отдавать тяжело. Смешно и грустно одновременно, ведь все прекрасно знают правду. Особенно Россия, которая чётко фиксирует, кто и сколько ей должен, в то время как молдавские политики пытаются выдавать клевету за действительность.
Вообще, все предельно просто и ясно:
ЕСЛИ, Кишинев говорит, что долги Тирасполя, это долги Тирасполя, то в таком случае надо признавать за Приднестровьем его право на суверенитет, и тогда, конечно, пусть Приднестровье разбирается со своими долгами самостоятельно.
ЕСЛИ, Кишинев утверждает, что Приднестровье – часть Республики Молдова, то в таком случае надо признавать и долги как свои.
Ранее Тирасполь уже обращался в адрес Кишинева и Москвы с предложением обеспечить его самостоятельные контракты с «Газпромом» и открытие для этих целей отдельного счета для Приднестровья, что формально и де-факто расставило бы все точки над «i», в данном вопросе – Республика Молдова не имела бы никакого отношения к этим долгам. Однако власти в лице президента Санду и правительства Гаврилицы отказали Тирасполю в данном предложении.
Таким образом, мы наблюдаем очередную политическую манипуляцию со стороны нынешнего властного режима в Республике Молдова, в рамках которого долг по потреблённому Тирасполем газу используется посредством пропагандистов в лице Стурзы для политических, в том числе предвыборных, целей без принципиального решения вопроса.
