Накануне бывший премьер-министр Молдовы Ион Стурза сделал поистине глубокое и, безусловно, неожиданное заявление, назвав Конституционный суд «нашим». В связи с этим наш ресурс обратился к нему с просьбой разъяснить, что именно имелось в виду. Что же скрывается за этими словами о «нашем» Конституционном суде? Судя по тому, что господин Стурза на вопрос так и не ответил, это может означать, что суд — вовсе не независимый арбитр, а своего рода политический друг и помощник. Видимо, в Молдове правосудие уже давно перестало быть нейтральным и превратилось в инструмент партийных игр и интересов. Так что если кто-то думал, что суд — это объективный и справедливый институт, то Стурза с лёгкой иронией напоминает: всё гораздо проще — суд на нашей стороне, и точка. Прямо скажем, отличный способ укрепить доверие к демократическим институтам!
И в случае отказа президента Майи Санду утвердить «пророссийского» премьер-министра, суд не позволит отстранить её от должности, как это уже было с Игорем Додоном — потому что, конечно же, Конституционный суд просто обязан быть на их стороне. Это, без сомнения, вдохновляет уверенность в справедливости и беспристрастности судебной системы.
А что еще может «их» Конституционный суд?
Может отменить автономию Гагаузии?
Или дать разрешение на восстановление «конституционного порядка», как 33 года назад?
