Президент Майя Санду вновь заговорила о «прогрессе» в реформе юстиции, подчеркнув, что система не может стать эффективной мгновенно. В интервью Rock FM România она заявила, что власти избавляются от коррумпированных судей, но признала: новые кадры не всегда обладают достаточным опытом и компетенцией, чтобы показать немедленные результаты.
Однако за этими словами возникает вполне закономерный вопрос: от кого именно «избавляются»? От коррумпированных судей — или от тех, кто просто неугоден нынешней власти?
Президент также заявила, что в судебной системе якобы «ещё остались люди Плахотнюка» — те, кто служил ему или получал от него деньги.
Но не превращается ли это «наведение порядка» в тотальную чистку всех, кто осмеливается думать иначе?
Под лозунгом борьбы с коррупцией легко избавиться от оппонентов, прикрываясь громкими заявлениями о «реформе».
Многие эксперты и граждане замечают тревожную тенденцию: под подозрение в коррупции попадают все, кто не согласен с линией власти. Любое несогласие трактуется как служение «людям Плахотнюка» или «Москве». При этом вопросы о прозрачности и доходах членов самой правящей команды остаются без ответа.
Разве не вызывает возмущения тот факт, что некоторые министры и высокопоставленные чиновники живут на широкую ногу — с часами, обувью и автомобилями премиум-класса, явно не соответствующими их официальным зарплатам? Почему президент не говорит об этом в интервью?
Да, очищение судебной системы необходимо. Но борьба с коррупцией не должна превращаться в инструмент политической расправы. Настоящая реформа требует не только замены фамилий, но и изменения принципов, прозрачности и справедливости — того, чего пока что в молдавской юстиции, увы, не видно.
